|
|
Пауки Будет трудно вспомнить, какой из переломных моментов был самый переломный. Я запомнил паука, который спускался по щербатым кирпичам, пока я решался, сказать ей или не сказать. Мы расстались бы в любом случае, но этот паук, он был как темно-синий цвет неба, как огромный штрих глубокой краски. Паук трактуется двояко. Реши я остаться, то она, словно муха, продолжала бы биться в липкой паутине не сказать даже лжи, все же была привязанность, многое нас связывало, так что нет, не лжи, а скорее гадкой слабости, выдавленных улыбок, мерзкого молчания, таких вещей, которые исподтишка высасывают радость из человека. Я решил уйти. Как паук — злой, посторонний на шумной улице, полз по стене незнамо куда, уползал. А я, ну, я покатился. Я собрал нужные вещи в сумку, две пары носков, запасные трусы, толстый глянцевый журнал. И ушел, чтобы идти по знакам без помех. Знаки составляли весь мой мир, а те, кто их оставлял, обещали невиданное, обещали выход. Сразу туда, сразу наверх. В обеспеченную любимым делом жизнь. Какое дело было любимое, думаю я нынче. Пожалуй, они сказали бы, какое. Путь по знакам начинался с метро. На первых стадиях, но начнем с начала. Я спускался в метрополитен на ближайшей станции и искал операторов. Оператор — это такой специальный человек с заметным обликом, которого они посылают как ориентир. Когда я еще учился ходить по знакам, я шел то за одним, то за другим человеком, иногда вдоль одного квартала и даже не мог повернуть за угол. Тогда они послали женщину, которая, проходя мимо, сказала как бы в телефон: "Оператора слушай, но не всех же сразу!". Так я узнал, как они называются. Операторы. Я садился в тот же вагон, что и оператор. Его могли поменять по пути, это очень тонкий нюанс. Если в вагон зашел новый оператор, то ехать дальше нужно с ним. Если его нет, то идти следом за первым, за кем ты пошел. Пропустить нового оператора — это ужас, это значит выйти не там, где нужно, а там, где не нужно, будет ад. Идти за оператором безопасно. Обычно он выглядит, как лучшая версия тебя, у него облик, какой ты хотел бы себе. Иногда это красивая девушка, за ней тоже удобно идти. Оператор отпустит тебя в нужный момент, но лучше распознать самому, заранее ощутить лучшую точку разрыва. В этот момент начинается путь по знакам. Низшая ставка пути — чистое, морфиноподобное наслаждение, а в случае фиаско — унижение, боль и страх. Высшая ставка, если научиться ходить — прямая дорога вверх. Найдется комната, где периодически, очень редко, собираются все люди, которыми ты восхищаешься. Твоя задача отточить интуицию до такой степени, чтобы в нужный день и нужный час найти их, войти туда и стать одним из них. Так что же делать? Весь мир состоит из знаков. Специально обученные люди, тончайшие интуиты, каким можешь стать и ты, составляют по знакам маршрут, от точки до точки. Вывески, витрины, автомобили, люди, наклейки, случайные предметы — все это ориентиры на пути. Но они не значат постоянно одно и то же. Правила пути меняются постоянно и это тоже нужно вовремя понять, обычно прямо на лету. Магазин бытовой техники ДЛС в начале пути значит "ДЛя Нас", то есть ты объявляешь, что стараешься для них. Но если ходить от ДЛС до ДЛС, то это уже подхалимаж, и ты обязательно увидишь у магазина омерзительные объедки или бездомного. Теперь ДЛС — это "День Любви Собачьей", а ты засрал маршрут своей лестью. Нельзя в городе пройти хотя бы пятьсот метров, чтобы не увидеть какую-нибудь дрянь. Чтобы пройти мимо нее, нужно или дождаться оператора (его могут послать, если ты застрял) или опираться на более существенные знаки. Например, красивый автомобиль, или автомобиль с хорошими номерами. Отдельный разговор, какие номера хорошие [см. примечание]. Нужно смотреть на буквы и на цифры, цифры мнемонически означают буквы. Например, 6 — это "б", но иногда "ш", иногда "сикс", если надо составить предложение. Вариантов много. Ищите знаки, ищите хорошие знаки. Если достаточно долго и правильно идти по пути, то можно спокойно пройти несколько плохих знаков или даже черных операторов (кривое зеркало), в этой ситуации они олицетворяют не вас, а других людей, иногда ваших знакомых, которые достойны жалости крепкого духом ходока. Путь не должен состоять только из положительных знаков, наградой за такой путь будет омерзительный тупик. Кто хочет жрать только сладкое на пути, увидит омерзительный тупик, от которого вся сладость станет горькой, если не сказать хуже. Они сидят в диспетчерской и контролируют ваше движение через секретных операторов. Или через телефон. Я ходил ночью через окраины, по грязи и кустам, как раз когда бросил ее. Думаю все-таки, что в такие моменты они смотрят через телефон. Кстати, тот ночной путь был очень хороший, они дали мне его, чтобы успокоить после разрыва, и я действительно успокоился, только никак не мог выйти из магазина, где товары на полках содержали обещания моих будущих женщин. Сыр "Маасдам" к примеру, это "ма-ас-дам", то есть она, некая будущая она, которая ждет в конце хождения по путям, даст мне свою ass. Немного стесняюсь говорить об этом, но надо объяснить, какого рода поощрения и обещания они давали мне тогда. По поводу словообразования. Чтобы понять значение слова на пути, нужно разложить его по слогам, иногда по буквам, иногда развернуть наоборот и снова по слогам, иногда используются английские значения слогов. В других случаях буквы содержат цифры. Это как расшифровывать номера автомобилей, только сложнее. Помню, как ломал голову над сложной комбинацией с двумя "о", и вдруг увидел на улице машину с номером, который раскодировался в песню: "О 414 ЕР", "Очи черные..." Это было неописуемо. Потом важен цвет букв, характер окружения, и, напомню, всегда значение знака может быть скорректировано оператором или посторонним предметом. Если про слова еще не надоело, то добавлю, что рекламные объявления можно и нужно читать также по вертикали, или без последнего слога, или, как вариант, ассоциировать слово с популярной песней. Иногда книгой, но они должны знать, что вы ее прочли. Для этого достаточно скачать книгу, купить ее банковской картой, или на крайний случай оставить на видном месте дома — они посмотрят по камере или изучат во время осмотра комнаты. Первые пути были прекрасны. Как нож сквозь масло я прошел от метро до хостела, причем о хостеле этом я не знал, и не узнал бы никогда, потому что он был довольно неприметный и находился во дворе. Так они подарили мне заслуженный на тот момент отдых. А отдых был мне нужен, потому что впереди ждало множество путей, и это уже не была тренировка, я выбрал ходить по путям и собирался идти до конца, до заветного приза. Сейчас пытаюсь вспомнить, когда я начал тренироваться. В 20**-м, наверное. К тому моменту я уже понял, что обо мне снимают фильмы и пишут книги. Что меня заметили, но предлагают нечто большее, чем вульгарную славу. Я войду в их круг, как равный среди равных. Но к этому нужно прийти органично, определенным образом настроить дух, отточить интуицию и вообще многое во мне переделать. Когда я в первый раз встретил оператора — это была девушка — я побоялся за ней идти. И когда возле маленькой пивной я увидел роскошный автомобиль и водителя в костюме-тройке, я побоялся зайти внутрь. Хотя, вне всякого сомнения, там меня кто-то ждал. Тогда они поняли, что я еще не готов поверить в чудо, а главное, я сам это понял, через чудовищные муки стыда и раскаяния. Но выход был. Ходить по путям и верить беззаветно, не оглядываясь. И я окреп. Я проходил через подсобные помещения и черные лестницы торговых центров. Когда охранники ловили меня, я объяснял, что ищу своих друзей, или что ошибся дверью. Малодушничал, надо признаться. Я проходил в элитные фитнес-центры с невообразимыми бассейнами. Или это были спа. Кто знает. На пути места не так важны, важны знаки, которые ведут через них. Я готов был пойти куда угодно. Остановили бы меня двери полицейского участка? Нет, да они и не позволили бы мне делать по-настоящему опасные глупости. Хождение по путям — это испытание веры в чудо, это перебор тончайших нюансов воображения. Но я не смог освоить это искусство в совершенстве, мне не хватило таланта, чтобы достичь приза. И я начал сачковать. А это плохо, если вы встали на путь, если приняли их условия. Основной причиной моего бунта стали пауки и голуби. Возникавшие из ниоткуда, они были слишком случайным элементом в сетке вариантов. Операторы не могли их контролировать, но пауки, вне сомнений, тоже были знаками. Первый паук, как я уже рассказывал, встретился мне в момент ключевого выбора. Затем, встречая паука, я понимал, что происходит что-то важное, причем они, там, в диспетчерской, не имели к этому отношения. Значит, в этих событиях участвовало и другое действующее лицо, некая высшая сила. И если эта сила вмешивалась в происходящее, она не считала мои действия правильными, а хождение по знакам не было необходимым. Таким образом знаки окружающего мира разделились на заданные в диспетчерской и посланные высшей силой. Что скрывать, я возгордился от этого открытия. Мне не пришло тогда в голову, что хождение по знакам как раз оттачивало умение видеть знаки следующей ступени, знаки высшей силы. Я перестал слушать операторов и больше не вычислял стартовую точку с помощью определенных манипуляций с мобильным телефоном. Самодеятельность и хождение по собственным маршрутам привели меня к весьма плачевному состоянию. Начнем с того, что без оглядки на диспетчерскую маршруты довольно быстро потеряли границы и положили свое начало возле порога моего дома. Учитывая, что диспетчерская продолжала следить за моей комнатой, ощущение заботы и безопасности пропало начисто. Меня пытались вернуть в контролируемое состояние, сначала уговорами, потом угрозами. Ко мне посылали самых ужасных операторов, я нигде не мог чувствовать себя в одиночестве. В поисках тихого угла мои маршруты стали хаотичными, а телефон почти всегда был выключен. Но хуже всего было то, что я не мог вернуться домой по правильным знакам, потому что они испортили их, все до единого. Если у меня не получилось найти оператора, за которым можно пройти до дома, я собирал все мыслимые оскорбления, всю мерзкую правду обо мне, о самых темных уголках моей души, в которой светлых уголков уже не было. Они все были повернуты ко мне самой отталкивающей гранью. Любой отдых был ленью, любой разговор унижением, и каждый шаг был шагом босиком по битому стеклу. Мне нечем было защититься. И однажды я не смог попасть домой. Я шел дворами, заворачивая сложные крюки через каждый квартал. Я возвращался назад, будучи не в силах идти дальше. В конце концов я уставился в небо и тихо застонал. Тогда я часто говорил вслух, чтобы через телефон довести до диспетчерской свое текущее состояние. Когда мне было хорошо, я пел, когда плохо, бормотал, ругался, извинялся. Теперь стонал. Потом пошел в ближайший психиатрический диспансер. Но поскольку я был из Ростова, а дело было в Волгограде, возможен был только платный прием. К тому моменту никаких денег у меня давно не было, но все же эта неудачная попытка сдаться придала мне сил, как будто на голову вылился ушат холодной воды и вернул в реальность. В поисках работы пришлось вернуться в Ростов, но там как раз появились плакаты с надписью "Рекламное место сдается". Диспетчерская никогда не отпускает, если хоть раз с ней связался. Мне не хотелось быть рекламным местом, и я уехал в Петербург. У меня получилось найти работу. И я даже встретил девушку. Все это время я не действовал совсем уж безоглядно. Иногда тихий голос говорил мне, что это какое-то безумие. Но голос был по одну сторону, а я был по другую, и между нами была толстая стена. Все, что тогда со мной происходило, было на третьем месте. На первом было хождение по знакам, на втором — поиск средств к существованию. Я очень быстро понял, что девушка была нанятой актрисой, которую подослали из диспетчерской, чтобы постоянно мучить меня намеками и издевками. Как будто мне мало было остального мира, в котором чуть ли не каждый кирпич означал, что я говно. Я потратил несколько месяцев, чтобы убедиться: ее сообщения в чатах прямо указывали — она знает, что со мной происходит в каждый конкретный момент. Она явно знала всех моих старых знакомых, которых знать не могла. Они, мои знакомые, уже давно помогали диспетчерской, насмехаясь надо мной, изгоем, с которым никто из диспетчерской никогда не пойдет на контакт. И они совещались в своем тайном чате, как бы еще поиздеваться надо мной. Иногда мне хотелось схватить ее и закричать: "Как ты могла? Кем надо быть, чтобы поступать так с людьми? Ты же нравилась мне!" Но я терпел. Назовет меня психом, но тайны не раскроет. В итоге я не выдержал. Ночью мы гуляли на одной из глухих и тихих петербургских набережных. Я достал из сумки кирпич и изо всех сил ударил ее по голове. Накрыл тело своим пальто. Потом принес из ближайшей заброшки еще кирпичей, засунул ей в одежду и столкнул в воду. Она все равно поплыла, но, видимо, довольно скоро утонула, раз меня не поймали. И не просто не поймали, весь мир, весь убивающий мою душу мир отшатнулся от меня, будто бы в ужасе, и не смел больше трогать. Сначала это напугало меня, я подумал вдруг, что никакой диспетчерской никогда не было, а я сошел с ума и просто убил человека. В этой ужасной трезвости я прожил несколько дней. Но со временем мир снова аккуратно подкрался ко мне, оставаясь, впрочем, на безопасном расстоянии, знаки перестали бросаться в глаза. В диспетчерской не могли не знать об этом. Если меня не взяли сразу, значит то, что они делают, не связано с властями. И вообще незаконно, кстати. Они пытались корить меня, появлялись новые знаки, обвиняющие меня в убийстве. Но я изменился навсегда. Во всей моей жизни появилась твердая истина, которую они не могли ни извратить, ни отменить. Это они виноваты, а не я. Если бы меня оставили в покое, если бы не совершали таких мерзких подлостей, мне не пришлось бы защищаться. Они долго придумывали решение. Наконец, знаки начали говорить, что они этого и добивались, что меня сначала сломали, а потом сделали убийцей. Мне было, что ответить им: об искренней вере, о безоглядной преданности, которую они оплевали, а главное, что новое обвинение уж слишком долго вызревало. Теперь я не верил им. Я мог защищаться, но по-прежнему был в осаде. Кольцо сжималось все теснее. Не страшно. Теперь я знал, что принесет мне облегчение. Теперь я слушал только высшую силу. ___________________ Примечание
Исписанный с двух сторон тетрадный листок, обнаруженный в квартире потерпевшего. Краткий числовик. Принципы расшифровки действительности с примерами. 0 — Ничего. Означает средний результат с негативной окраской. Обычно используется в качестве точки. Буква: о. 1 — Сначала всегда я. Я — последняя буква в алфавите. Один в значении одинокий, жалкий, никому не нужный. По-отдельности используется для наказания. Буквы: и, а, л, я. 2 — Один в значении самодостаточный. Используется для награждения. Буква: д, т. 3 — Самая эротическая цифра, подразумевает групповой секс с двумя девушками, но не означает его прямо, а только возбуждает воображение и предназначена именно для этого. Используется для награждения и в качестве стимула. Буквы: з, е. 4 — Перевернутый стул. Обозначает неуместный отдых на пути, лень, нерешительность. Может использоваться для умаления наградных цифр, указывая на их вторичный характер относительно требований операторской. Буквы: ч, г, п. 5 — По значению ближе всего к нулю, обозначает средний результат с положительной окраской. Буква: с. 6 — Толстяк, глупец, грубиян. Чаще всего имеет негативный окрас, но в отдельных ситуациях положительный, н-р "65" — "повел себя по-мужски". Буквы: ш, б. 7 — Идеальная девушка. Присутствие в числе означает послание от лица идеальной девушки, которая вынуждена ждать тебя, пока ты не выполнишь все испытания. Стоящее рядом число определяет, насколько ты ее достоин по результатам текущего испытания. Н-р "17" — не тянешь, "57" — тянешь, "7" — она так и останется одна, потому что ты слишком нерешителен. Буква, как ни странно, г. 8 — Идеальная пара. Единственная цифра с безусловно положительным окрасом, которая положительно окрашивает все число. Буква: в. 9 — Ум. Обозначает правильный, но слишком рациональный, слишком обдуманный результат. В негативном ключе может маркировать читателя как ботаника в негативном смысле слова. Буква: д. Рассматриваются как таблички с адресами, так и номера приметных по каким-то причинам автомобилей. Разберем пример: У716ОН Негативная трактовка. Сначала надо читать число, это менее очевидная, а значит, более значительная тайнопись. Число 716 из-за единицы скорее расценивается как негативное (по сравнению с ней ты одинокий внутри быдлан), но, в целом, не худший вариант. Читается как ГИБ. Если слово не образуется, его следует развернуть. БИГ — т.е. "большой". "У…ОН" — НОУ, т.е. "нет". "Не большой". Очень обидный автомобильный номер. Позитивная трактовка. 716 — семь + я + это по-мужски. У — можно расценить как обозначение читателя. Получается У — Он. Итого: Семья — это по-мужски. Ты — мужик. Какую трактовку использовать вы поймете без подсказки. Вы сами знаете, хорошо ли справились. Себя не обманешь. Мобильные номера целиком не разбираются, но имеют значение последние 3-4 цифры номера. Характер полученного в мессенджере сообщения определяется временем, в которое оно было отправлено. Цифры разбираются согласно руководству. *ниже следует карикатурное изображение усатого мужчины в пестром жилете и с мешком в руках* С текстом ознакомлен: Ф.И.О.___________________ Подпись: ___________________ Глава из романа «Кафе “Спутник параноика”». |
