#5. Нетерпимость


Вступление

Подобно толерантности для внутреннего круга явлений во всем остальном – нетерпимость. Нетерпимость в качестве нормы и меры вещей внешнего мира.

Дуализм толерантность-нетерпимость влечет их синтез. Толерантность обозначает теперь нетерпимость к любой нетерпимости. Диалектика. Прежде всего, нетерпимости национальной, как наиболее употребимой.

Русский фашизм - русский антифашизм - антирусский фашизм - антирусский антифашизм. Попытка синтеза часто сводится к обессмысливанию; или синкретизму.

Толерантность приводит к нетерпимости: нулевая терпимость к любым формам нетерпимости. Или наоборот: терпимость к любым формам нетерпимости. Звучит одинаково.

Кажется, эти понятия не до конца проработаны, неясно, что делать в пограничных случаях. Но это лишь гуманитарная компонента. Есть еще актуальная компонента или компонента действия.

Расизм, сексизм, ксенофобия, возрастная дискриминация, религиозная нетерпимость… этим затасканным набором обычно и прикрывается толерантность, чтобы лишить вас последних крох нетерпимости. Нулевая терпимость к любым формам нетерпимости!

Эстетические предпочтения превращаются в фашизм. Который перестает быть чисто политическим явлением, распространяясь в самые неожиданные области. Не только предпочтения, но и антипредпочтения могут обнажить в вас фашиста.

Журнал "Опустошитель", заявляя о своих пристрастиях, автоматически отвергает все, что этим пристрастиям не удовлетворяет. Если кому-то не нравятся поэтические сборники начинающих авторов, он выступает с фашистской точки зрения. Или, более конкретно, дискриминирует людей по половому, возрастному и эстетическому принципам.

Любые предпочтения есть фашизм.

Но и отсутствие предпочтений – не меньший фашизм. В первом случае у человека есть хотя бы крохотный уголок, где он не манифестирует фашистских ценностей. Во втором случае - он тотальный фашист, фашист повсеместно.

Только после издания своего "Опустошителя" вы понимаете, насколько он никому не нужен. Или, что то же самое, насколько вы нетерпимы.

Москва. Ноябрь 2011 года. Пятый, полуюбилейный, номер инверсивного журнала раскрывает тему нетерпимости целиком. Луи-Фердинанд Селин, Юлиус Эвола, Александр Дугин, Дмитро Корчинский, Миша Вербицкий… более удачный ряд подобрать было бы непросто. Они это мы.